Азербайджан и Узбекистан: новая ось между Южным Кавказом и Центральной Азией

Сегодня президент Азербайджана Ильхам Алиев находится с государственным визитом в Узбекистане. Переговоры в Ташкенте проходят в период, когда отношения двух стран развиваются с исключительной интенсивностью. За последние пять лет состоялось 15 взаимных визитов на высшем уровне, а нынешняя поездка стала третьим государственным и седьмым в целом визитом президента Алиева в Узбекистан за этот период. Однако значение происходящего выходит далеко за рамки двусторонней дипломатии. Баку и Ташкент сближаются на фоне более масштабной перестройки политической и экономической географии Евразии.

У этого партнерства есть прочный исторический фундамент. Азербайджанцев и узбеков связывают тюркские корни, близкие языки, культура, традиции и многолетние гуманитарные контакты. Узбекистан стал одной из первых стран, непосредственно подключившихся к восстановлению освобожденных территорий Азербайджана. В Физули на средства узбекской стороны была построена школа имени Мирзо Улугбека на 960 учеников, которую Ильхам Алиев и Шавкат Мирзиёев открыли в 2023 году. Для Баку этот проект имел особое символическое значение: поддержка была выражена конкретным участием в возвращении жизни на территории, разрушенные за годы оккупации.

Сегодня историческая близость получает новое содержание. Причина заключается в изменениях, происходящих далеко за пределами Азербайджана и Узбекистана. Война России против Украины нарушила привычные торговые и энергетические цепочки между Европой и Азией. Конкуренция США и Китая усиливает значение альтернативных маршрутов. Европейский союз стремится диверсифицировать источники энергии, поставки критического сырья и транспортные коммуникации. Центральная Азия пытается расширить число внешних партнеров и уменьшить зависимость от ограниченного количества маршрутов. Южный Кавказ после десятилетий конфликтов также вступил в период, когда коммуникации и экономическая связность становятся одной из центральных тем региональной политики.

На этом фоне география Азербайджана и Узбекистана приобретает совершенно иной вес.

Азербайджан после восстановления территориальной целостности в 2020 году и полного суверенитета в 2023-м оказался в новой региональной реальности. Военно-политический баланс на Южном Кавказе изменился, а Баку получил значительно больше возможностей формировать повестку вокруг безопасности, транспорта, энергетики и региональной интеграции. При этом влияние Азербайджана определяется далеко не размерами территории или населения. Страна находится на пересечении нескольких направлений - Восток–Запад и Север–Юг, Центральная Азия–Кавказ и Каспий–Черное море. Азербайджан располагает портом в Аляте, железнодорожным сообщением Баку–Тбилиси–Карс, и энергетической инфраструктурой, уже соединяющей Каспийский регион с европейскими рынками.

Узбекистан занимает сопоставимо важное положение в Центральной Азии. Это крупнейшее государство региона по численности населения - более 38 миллионов человек - и единственная центральноазиатская страна, граничащая со всеми остальными государствами региона, а также с Афганистаном. Ташкент находится в центре практически любой серьезной дискуссии о будущей экономической и политической архитектуре Центральной Азии.

При Шавкате Мирзиёеве Узбекистан существенно активизировал региональную дипломатию. Улучшение отношений с соседями, открытие экономики, привлечение иностранных инвестиций и развитие новых транспортных направлений стали важными элементами этой политики. Одновременно Ташкент расширяет отношения с Китаем, Турцией, странами Персидского залива, Европейским союзом и другими партнерами.

Эти процессы совпали с заметным ростом интереса Запада к Центральной Азии. В апреле 2025 года в Самарканде состоялся первый саммит ЕС–Центральная Азия, по итогам которого отношения были повышены до уровня стратегического партнерства, а Брюссель объявил о мобилизации более 12 млрд евро в рамках Global Gateway для развития транспорта, энергетики, критического сырья и цифровой инфраструктуры. Активнее действует и Вашингтон: формат C5+1 был поднят до президентского уровня, а критические минералы и диверсификация цепочек поставок стали отдельным направлением сотрудничества США со странами региона. На фоне конкуренции глобальных центров силы Центральная Азия приобретает все большую самостоятельную стратегическую ценность, а вместе с ней возрастает значение транскаспийского направления и Азербайджана как связующего звена между регионом, Южным Кавказом, Турцией и Европой.

Средний коридор поэтому перестал быть узкоспециализированным транспортным проектом. После февраля 2022 года он приобрел очевидное геополитическое измерение. Всемирный банк считает, что при необходимых инвестициях и реформах объем перевозок по коридору может утроиться, а время транспортировки сократиться вдвое к 2030 году.

Здесь интересы Азербайджана и Узбекистана естественным образом совпадают. Для Узбекистана - одной из двух дважды внутриконтинентальных стран мира с населением более 38 миллионов человек - диверсификация транспортных маршрутов имеет стратегическое значение. Азербайджан, расположенный на западном берегу Каспия, дает Центральной Азии выход через Южный Кавказ и Турцию к европейским рынкам: рост транскаспийских перевозок усиливает значение Баку, одновременно расширяя внешнеэкономические возможности Ташкента.

Особенно интересной эту конструкцию делает железная дорога Китай–Кыргызстан–Узбекистан. В интервью Узбекскому национальному информационному агентству накануне нынешнего визита президент Ильхам Алиев связал ее перспективы со Средним коридором и дальнейшими коммуникациями через Южный Кавказ. Если эти направления будут состыкованы, постепенно формируется маршрут значительно большего масштаба: Китай - Кыргызстан - Узбекистан - Каспий - Азербайджан - Грузия и Турция - Европа.

В случае реализации таких проектов энергетическая карта региона снова изменится. Азербайджан, уже играющий значительную роль в поставках нефти и газа на европейские рынки, сможет расширить функцию энергетического хаба. Центральная Азия, обладающая огромным потенциалом солнечной и ветровой энергетики, получит дополнительное направление экспорта.

Параллельно меняется политическая карта. В ноябре 2025 года Азербайджан присоединился к Консультативным встречам глав государств Центральной Азии в качестве полноценного участника. Формат C5 фактически превратился в C6. Азербайджан географически остается государством Южного Кавказа. Однако его включение в центральноазиатский политический формат говорит о том, что прежние границы между регионами становятся менее жесткими. Экономика, энергетика и транспорт начинают создавать собственную политическую географию.

В течение многих лет Центральную Азию и Южный Кавказ было принято рассматривать как два отдельных пространства. Для западной дипломатии это часто были разные направления политики. Каспий выступал своеобразной границей между ними. Сегодня логика постепенно меняется. Казахстан и Туркменистан находятся на восточном берегу Каспия, Азербайджан - на западном. Узбекистан заинтересован в транскаспийском направлении. Турция расширяет экономические и политические связи с Центральной Азией. Китай строит инфраструктуру в западном направлении. Европейский союз инвестирует в Транскаспийский транспортный коридор.

В результате Каспий из периферии нескольких регионов постепенно превращается в их точку пересечения. Азербайджано-узбекские отношения являются одним из наиболее ярких проявлений этого процесса. В августе 2024 года две страны подписали Договор о союзнических отношениях. Создан Высший межгосударственный совет. В 2025 году двусторонний товарооборот вырос более чем втрое и достиг 795 миллионов долларов. Совместная инвестиционная компания располагает капиталом в 500 миллионов долларов.

Появляется и промышленная кооперация. В Азербайджане производится узбекская автомобильная продукция. По данным, приведенным президентом Ильхамом Алиевым перед визитом, к середине июля 2026 года было выпущено 10 720 автомобилей Chevrolet и 275 автобусов Isuzu. Азербайджанский капитал, в свою очередь, участвует в проектах на территории Узбекистана.

Дополнительную основу создает Организация тюркских государств. Для Азербайджана и Узбекистана тюркская идентичность остается важной частью отношений, однако сама организация постепенно становится более прагматичной. Транспорт, таможенная координация, инвестиции, энергетика и цифровая связанность занимают все больше места в ее повестке.

Здесь Азербайджан и Узбекистан дополняют друг друга географически. Узбекистан дает тюркскому пространству демографический и экономический вес в самом центре Центральной Азии. Азербайджан обеспечивает его связь через Южный Кавказ с Турцией и европейским направлением.

Все это происходит в момент более глубокого изменения мировой политики. Война в Украине показала уязвимость зависимости от ограниченного числа транспортных и энергетических маршрутов. Конкуренция США и Китая заставляет государства искать пространство между крупнейшими центрами силы. Россия сохраняет значительное влияние на постсоветском пространстве, но уже не обладает той степенью региональной монополии, которая существовала раньше. Турция усиливает присутствие в Центральной Азии. ЕС стремится получить более прямой доступ к региону, его ресурсам и рынкам.

Для стран среднего масштаба эта среда создает возможность проводить более самостоятельную политику. Азербайджан и Узбекистан демонстрируют схожую логику: поддерживать отношения с несколькими центрами силы, избегая критической зависимости от одного из них. Такую политику трудно свести к традиционному выбору между Востоком и Западом. Ее задача - увеличить количество вариантов.

Именно здесь инфраструктура превращается в геополитику. Железная дорога дает государству дополнительного партнера. Порт расширяет внешнеполитические возможности. Новый энергетический маршрут уменьшает зависимость от старого. Чем больше направлений имеет страна, тем сложнее внешним игрокам ограничивать ее свободу маневра.

Баку и Ташкент постепенно переводят высокий уровень политического доверия в долгосрочное стратегическое взаимодействие, совпавшее по времени с серьезной перестройкой регионального и мирового порядка. В условиях, когда влияние все чаще определяется способностью государств диверсифицировать связи, предлагать новые маршруты и сохранять свободу внешнеполитического маневра, партнерство Азербайджана и Узбекистана приобретает более широкий смысл. От того, насколько успешно две страны смогут превратить нынешнюю политическую динамику в устойчивые экономические механизмы, во многом будет зависеть и их роль в формирующейся архитектуре Евразии.